?

Log in

Нотабене.

Эрих Кестнер, знаменитый немецкийRead more...Collapse )




К расследованию убийства журналиста Павла Шеремета, как сообщалось, привлечено Федеральное бюро расследований.

Напомним, взрыв произошел утром, 20 июля, на перекрестке улиц Ивана Франко и Богдана Хмельницкого. Шеремет выехал из дома и проехал до перекрестка всего несколько десятков метров. По предварительным данным, при убийстве журналиста использовалось взрывное устройство с дистанционным управлением. Отметим, что авто принадлежало руководителю издания "Украинская правда" Алене Притуле - гражданской жене Павла.

Ранее "Обозреватель" публиковал эксклюзивные видео момента взрываавтомобиля Шеремета. Внимание экспертов привлек мужчина с тростью, который "вел себя неестественно". Бывший оперативник варшавской полиции Анджей Мрочек не исключил, что зафиксированный на записи мужчина может быть потенциальным убийцей Шеремета.


Оригинал взят у vaverkina в ДЕНЬ ПОЛИТЗЕКА. БЕССМЕРТНЫЙ ГУЛАГ
День политзека - так изначально был задуман день 30 октября 1974 года в мордовских лагерях - "антисоветчиком" Кронидом Любарским и "самолетчиком"(несостоявшимся угонщиком самолета ради бегства из Советского Союза) Алексеем Мурженко. Этот День впервые отмечался политзеками голодовкой и неповиновением, требованием относиться к себе не как к уголовникам, а как к идейным борцам с тоталитарным режимом, обладающим особым статусом. Из года в год этот "праздник" неповиновения и голодовок включались новые зеки - сначала десятками, потом сотнями человек, постепенно их становилось все больше. Так рушился сталинский ГУЛАГ, а вместе с ним и советский режим. И без этого их изначального протеста, постоянно нарастающего давления на власть, мало заметного для миллионов граждан СССР, лояльных "родной" партии и правительству, вряд ли был бы возможен 1991 революционный год. Крушение власти КПСС.

Жаль, конечно, что перемены не довели до конца, не осуществили люстрацию партноменклатуры и силовиков. Прошляпили свое будущее, получили теперь "прошлое в настоящем" (и на горизонте тоже).

И вот теперь сталкиваемся мы с кошмарной явью: в РФ новые политзеки. Не миллионы и не тысячи, пока только две сотни с половиной по списками "Новой хроники текущих событий". Но число их стабильно растет, абсурдность обвинений ужасает. Система дает понять, что основной сталинский принцип посадок сохранился: был бы обвиняемый, а статья найдется.

29 октября, по традиции, мемориальцы зачитывают у Соловецкого камня на Лубянке списки расстрелянных в годы сталинского Большого террора. Традиция правильная - дань уважения к памяти невинно убиенных, их близким, а также - в очередной раз - акт осознания ужаса сталинщины. Осознания, наступающего хотя бы раз в году, в процессе зачитывания длинного списка имен жертв,- чтобы не допустить повторения подобного. Ни в каком виде.

Но приходит 30 октября. Тот самый День политзека, учрежденный борцами с советским режимом - Кронидом Любарским и Алексеем Мурженко. Днем к Соловецкому камню торжественно возлагаются цветы. Произносятся речи о том, что надо помнить о погибших в лагерях, чтобы такое вновь не повторилось, и... на этом - все. Расходятся.

Возникает вопрос: а как же живые политзаключенные, узники нового ГУЛАГа - путинского? Мертвых помянули, а живых - не обязательно?

Может быть, мы что-то пропустили. Но в Москве политзеков - реальных сегодняшних сидельцев - как-то и не вспоминали. В Питере была акция 30 октября - "Бессмертный ГУЛАГ", а также в пяти городах России, но только не в столице.

Мы каждый месяц ( 30 числа) отмечаем День политзека: оглашаем поименно списки узников на Лубянке. Вышли к Соловецкому камню и на этот раз. Было нас очень мало, к сожалению. Небольщая группа московских активистов. О живых политзаключенных почему-то вспоминается у нас с большим трудом. Мы принесли с собой флаги, украинский и крымскотатарский, которые и успели развернуть у камня в скверике в знак солидарности с политзаключенными и военнопленными, захваченными в ходе агрессии РФ против Украины, - прежде, чем приехали две машины с полицаями. Был у нас также плакат "Нескореним Криму волю". Акция с таким слоганом (за свободу Сенцова и Кольченко) накануне состоялась в Украине, мы ее как бы продолжили на Лубянке, у Соловецкого камня.

Есть ли смысл в том, что мы делаем? Какой прок от этих вылазок на Лубянку? Мы уверены, что все-таки прок есть, что таким образом оказывается давление на власть, которую мы не выбирали, и с которой переговоры вести невозможно. Надежду Савченко все-таки освободили - благодаря широкой информационной кампании в ее поддержку, в том числе и пикетов, которых было много. В силу оказанного давления. Как знать, освободили ли бы художника Павленского, если бы его имя не было так часто на слуху, если бы не выскакивали постоянно пикетчики к дверям его имени на Лубянке? Удалось ведь и политзеков Солошенко и Афанасьева "продавить", так как много шуму было в связи с ухудшением состояния их здоровья. И они сейчас, к счастью, уже на свободе. Многие ругают Надежду Савченко за то, что она приехала на апелляцию в Верховный "суд" для поддержки Станислава Клыха и Николая Карпюка. Говорят, что, вот, мол, это самопиар у нее такой. На самом деле, благодаря ее приезду об этом страшном и абсурдном деле наконец заговорили, стали писать в различных изданиях. За это Надежде - спасибо, тем более, что какие у нее могли быть гарантии, что на вражеской территории с ней ничего не случится? Никаких.

Чудовищно мало у нас говорят и пишут о крымских татарах, это просто позор и жесть, ведь в оккупированном Крыму происходят непрерывные обыски, аресты, похищения коренного населения. Эрвина Ибрагимова так и не нашли, Ильми Умерова насилу (благодаря информационному давлению) выпустили из психушки, где он принудительно "обследовался" на экспертизе. Запугивают родственников арестованных, так, например, детей правозащитника Эмир Усеина Куку заставляют давать показания против отца. Очень много арестованных за хранение дома религиозной литературы. Это дела против причастных к "Хизб ут-тахрир" . Их количество уже к двум десяткам человек приближается. "Хизб ут-тахрир" в Украине не запрещали, зато оккупационные власти пришли - и запретили.

Очень мало что говорят и пишут о таких "радикальных" политзеках, как Илья Романов, Иван Асташин, Алексей Сутуга, Борис Стомахин, приморские партизаны.  Неупоминание людей в СМИ может просто похоронить в лагере, никто ведь даже не заметит, что они куда-то исчезли. Борис Стомахин, например,   уже ТРЕТИЙ раз сидит за одно  и то же. За тексты на своей страничке в ЖЖ с критикой Кремля и сервильности населения. Теперь уже за репосты Стомахина обвиняют и сажают других людей (блогеры Бубеев и Егоров).

Сейчас с какой-то необыкновенной легкостью снова, почти как в советсие времена, стали заводить дела на граждан. По полностью выдуманным или откровенно дурацким поводам, типа "ловли покемонов в храме".

Неприятный осадок остался из-за появления на "Возвращении имен" омбудсмена в генеральских погонах - Татьяны Москальковой. Не знаю, зачем она вообще явилась в этот день к Соловецкому камню, по-моему, чтобы поиздеваться над собравшимися. Назначение на такую должность силовика, проработавшего всю жизнь в милиции, само по себе является фактом глумления над здравым смыслом. Даже закаленный в Госдуре Жириновский публично ужаснулся такому назначению. Москалькова у Соловецкого камня не постеснялась высказаться, что "так называемые политические", поскольку они обвиняются по уголовным статьям, то уголовниками и являются. То есть все то, за что Любарский и Мурженко боролись, - пошло псу под хвост. В стране опять "нет политзаключенных", только уголовники. Приехали.

Их и не будет, если эту тему и дальше никак не развивать - ни в сети, ни снаружи сети. В состав московской ОНК тоже готовятся набрать не правозащитников, а одних силовиков вроде Антона Цветкова. Опять-таки в качестве откровенного глумления и над заключенными, и над здравым смыслом. Плюют нам всем в лицо. С пафосом и удовольствием.

И все-таки, если следовать рецепту Любарского-Мурженко, надо сопротивляться, надо оказывать в ответ давление на тех, кто давит на тебя. Даже в самой безнадежной ситуации. Об этом говорит и режиссер Сенцов в своей книжке, написанной в неволе: надо не бояться и не сдаваться. Я готов быть гвоздем, пишет Сенцов, если этот гвоздь - во гроб тирании. Не случайно сейчас обмен военнопленными застопорился на Сенцове: ставки растут, Путин торгуется с западными недругами. Боится продешевить. Знающие люди уверяют, что взамен Сенцова и Кольченко Кремль требует отмены санкций. Поэтому с обменом "всех на всех" и заело.

Хочется верить, что отмены санкций не будет. А Сенцова и Кольченко все равно выпустят. Им ПРИДЕТСЯ их выпустить благодаря нашему общему напору требований - это сделать.

Война в Сирии не утихает, а только разгорается. И в Донецко-Луганском регионе мира не получается. Российское силовичье загнало себя в угол. Достаточно скоро за военные преступления кое-кому придется отвечать. И еще за сбитый "Боинг". И за самолет с Качиньским. За Крым. За многое другое, всего сразу и не вспомнишь. И слишком долго перечислять придется.

Кронид Любарский заявлял, что у него с советской властью "эстетические" разногласия. Хорошее определение. У многих из нас тоже оскорблено эстетическое чувство. Наличием Путина и путинских в Кремле. И вообще в нашей жизни. Просто тошнить начинает, как представишь такое в образах. И за оскорбление наших чувств им придется когда-то ответить тоже.
Оригинал взят у v_milov в Помирайте как хотите, граждане
Честно говоря, даже я, видавший виды, просто оторопел от того, с каким зверским цинизмом российская власть принялась по-быстрому эксплуатировать недавно добытое "конституционное большинство". Речь о главном документе, по которому живет Россия - это по факту не Конституция, а закон о федеральном бюджете. Вскоре после окончания выборов (раньше, по понятным причинам, делать это было просто опасно) Минфин опубликовал проект трехлетнего бюджета до 2020 года (скачать его можно здесь).
Read more...Collapse )


Миша, всего тебе самого хорошего! Возвращайся быстрее!
russkiysvet напмсал:
История этого письма такая. Александров Скобов написал заметку о Стомахине. Называется "Стомахин и Носик".

Так как у меня самого пока шел суд над Носиком это название несколько недель ждало, пока можно станет об этом писать, и, наконец, превратилось в статью "Преступление и наказание, или как мы остались с Носиком", то я не смог не влезть в разговор – тема уж больно важная. Ну, а дальше – собрались уважаемые люди, слово за слово, и вот в полемике с одним весьма уважаемым человеком я написал, что Стомахину не штраф присуждать надо (моего собеседника самого когда-то оштрафовали за что-то похожее), а присвоить Стомахину звание Героя России. Думаю, так и будет. Но, судя по тому, что режим собрался сгноить Стомахина уже не в лагере, а в тюрьме ("суд", который проштампует это решение, состоится в следующий понедельник, 17-го), то нельзя исключать, что награждение произойдет посмертно. И самое стыдное – что, если так и будет, то случится это по личной вине набравших в рот воды правозащитников, которых так и тянет назвать "так называемыми".

Почтенный мой собеседник попросил меня выслать ему на экспертизу те стомахинские тексты, которые я считаю достойными такой высокой награды, так как он таких текстов не читал. И даже предложил для этого личный емэйл адрес. Я стал отвечать. Понимая, конечно, что ломлюсь в надежно закрытую дверь. Но постепенно увлекся. Так и родилось это письмо, адресуемое уже гораздо более широкому кругу читателей. Привожу текст таким, как он написался, с минимальной правкой.

В этом [в предоствлении личного емэйла] нет необходимости. Я говорю не о неких конкретных, неизвестных Вам текстах, а о всем корпусе стомахинских текстов. Вы их, безусловно, читали. Проблема, о которой мы говорим, слишком хорошо известна. А Вам лично, учитывая Вашу личную и профессиональную историю, известна совсем хорошо. Это проблема понимания произведения искусства – неважно литературного, музыкального или какого-то еще. Можно читать, но не прочесть. В русском языке есть грубоватое присловье, описывающее эту ситуацию.

Иногда неспособность прочесть объясняется недостатком общего и/или эстетического развития. Но это, естественно, не Ваш случай. А иногда – нежеланием понимать. По разным причинам. Которые обычно не осознаются.

Может мешать неприятие изобразительных средств. Но и это, конечно, не Ваш случай. А иногда пониманию мешает страх. Страх последствий понимания. Это случай, когда не понимать удобней, безопасней, выгодней. Я не хочу этого понимать. Такой страх, естественно, тоже не осознается. Вот это, я думаю, случай большинства статусных правозащитников. (Хотя не всех. Я наблюдал у весьма уважаемых дам смену приятия на неприятие Стомахина и под влиянием личной обиды, и под влиянием ревности, и просто от недостатка интеллекта.) Это очень простой отталкивающий мотив вдруг обнаруживающейся нравственной глухоты – страх. Защита Стомахина чревата градом грязи, которой защитника будет забрасывать чернь (включая и чернь на окладе). Лучше, удобней, безопасней – не понимать.

Хотя случай – точно тот же, что с "Осторожно, религия!" или пуссириот. Чтобы привлечь внимание широких кругов, автор выбирает провокативную форму для своего, в общем, простого месседжа. Стомахин в этом ряду не первый и не последний. Если бы мой месседж и мои адресаты были бы теми же, что у него, и я должен был бы искать схожих форм. Но мне повезло – я адресуюсь не к миллионам, а, максимум, к тысячам (если не к десяткам) с гораздо более сложным сообщением.

Месседж Стомахина – "Мы – сволочи!". Точка. Точно – галичевский: "до чего ж мы гордимся, сволочи", "стыжусь я до дрожи" и т.д.. Тут нельзя не понять. Если только ОЧЕНЬ не хотеть не понимать. Точно то же было с "Осторожно, религия". Месседж "ЭТО – не христианство, ЭТО – плохо!" был с удовольствием проинтерпретирован дураками (включая дураков на окладе), как "Христос – плохо". А раз так, то понятно: "Кощунство!!!".

Почему творчество Стомахина заслуживает не Государственной премии, а именно Звезды героя? Потому что это – подвиг. Человек не просто кричит – он жертвует жизнью (и делает это сознательно) для спасения народа. В чистом виде – как Александр Матросов. Грудью на стреляющую амбразуру.

Главнейшая проблема сегодня (вероятно, Вы согласитесь) даже не нравственная деградация, а нравственная дезориентация общества. Насмотревшись, как пять лет лучшие люди общества, нравственная элита – уж  какая она была на тот момент – пытается обелять черное, причем единодушно – ни одного громкого голоса против, в 99-м году общество приняло черное за белое. И мы получили войну в Чечне и Путина. Общество же стало сознательно стремиться к плохому. На религиозном языке – стало сатанинским. Во главе с нравственными ориентирами из СПС, Яблока и многих менее партийных. Со стороны это было похоже на помешательство.

И вот среди этого тотального безумия находится один-единственный человек, который начинает выкупать народ у Бога (на религиозном языке). Который благим матом, не выбирая слов, кричит "Сволочи!!! Мать вашу!! Вы куда поперли!?! Бараны!!! Там же пропасть!!! Назад!! Назад, мать вашу!!!".

Естественна реакция козлов, которые повели этих баранов к пропасти – забодать. Естественна реакция пастухов и их овчарок – прирезать, искусать. И прирезали бы, если бы были у Стомахина возможности кричать погромче. Хотя бы – как у Юшенкова. Но Стомахин хоть горло и срывал, но его почти не было слышно. Это ему жизнь и спасло. Но что оказалось совершенно диким – реакция как бы приличных людей. "Фи, как он матерится! Как некрасиво кричит!". Такое вдруг у них со Стомахиным обнаружилось эстетическое расхождение.

Мне диковато объяснять такие вещи человеку с Вашей биографией. Дико растолковывать главный отличительный признак призыва: наличие адресата, у которого знакомство с текстом усиливает мотивацию к нанесению вреда. Стомахинские тексты возбуждают ненависть. У идиотов – к нему самому, ненависть к Стомахину. У умных – ненависть к той жизни, которой мы живем. Всё. Вот за возбуждение ненависти к нашей жизни ему Звезда героя и положена. Потому что возбуждает он эту ненависть путем самосожжения.

Будущее всё, естественно, расставит по местам. И как же потом будет стыдно! В том числе и тем, кто присоединился к гостравле. Хотя бы простым неучастием в защите.

Репутация, вообще, такая хрупкая штука - строится годами, а разрушается моментально.


В этом году, ежу понятно, надо было ехать в Турцию. Как где политика тянет одеяло на себя и бизнес трещит от неуклюжести возомнивших о себе отцов нации, так цены и падают. За привычные деньги вполне можно было получить недоступный ранее сервис.

Но тут вмешалась дочка. Не, она с нами никогда никуда не ездила и не собиралась, помня совместную жизнь с детства и вовсе не собираясь опять наступать на те же грабли. Ей просто захотелось от суеты сбежать, чтобы, оно, с мыслями собраться, головой поработать, на море где ни-то, но чтобы ни туристов, ни знакомых. Нашла такое место на Сицилии и выдержала в одиночестве недели две. Ладно, приезжайте, - смилостивилась она. - Потерплю вас дней десять, глядишь, опять работать захочется.

Брать самолет в последний момент трудно. В смысле, либо очень дорого, либо ужасно неудобно. Кое-как нашли компромиссный вариант. С пересадками, но хотя бы без промежуточных ночевок. Разрекламированный интернетовский сайт достал предложениями всяческих страховок, но даже и не спросил про чемоданы, продав поездку без багажа. Ошибка обнаружилась в аэропорту. Пришлось доплачивать.

Пересадка была в Цюрихе. С семичасовой паузой. Что и не плохо - есть время город посмотреть. Прикатили в центр - и ахнули. Не город - сказка.

В принципе Цюрих похож на все западноевропейские города - узенькие переулочки, старинные здания, множество красивейших церквей во главе с солидным Мюнстером. Все где-то вроде было. Вот река с разноцветными домиками и лодками - чем не Страсбург? Вот собор с витражами Шагала - чем не Майнц? Но, при этом, у города свое, ярко выраженное, лицо. И центр его напоминает огромный музей под открытым небом. Ухоженный, чистый, выхоленный, заботливо содержащийся. Сказка.

У реки, на островке - церковь. Новая. Посреди распростерла крылья большая разноцветная бабочка. Вместо распятия.

Красиво. Оригинально. Заставляет думать. И, заметьте, никто не рвет на себе рубашку, не кричит о своей оскорбленной духовности, не поливает бабочку фекалиями. Потому что швейцарцы народ образованный. У них не только чувства, но еще и мысли имеются. А когда чувств с прицепом, а извилин мало и все прямые, то и получается нечто непотребное.

Семь часов сказки - хорошо! Но мало. Обратно поехали трамваем - полюбовались остальным городом, особенно добротной, солидной и надежной купеческой его частью. На людей посмотрели. Ни одного угрюмого, ни одного недовольного жизнью лица. Город мечты.

Но, пора улетать - нас ждет Палермо, город, где мы собрались провести два дня.

Profile

oldestbuthonest
СТАРЫЙ ДОБРЫЙ КЛУБ

Latest Month

April 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow